Репертуар пермской книги

Н. Ф. Аверина,
доцент кафедры библиотековедения
Пермского государственного института искусств и культуры

Передавая на суд читателя труд многих лет — воссозданный репертуар пермской книги, — составитель понимает, насколько он несовершенен, как много нужно дополнить, исправить, уточнить, отредактировать. Однако и оставаться с работой один на один стало уже невозможным — она вообще может не закончиться. Только совместными усилиями всех, кто неравнодушен к истории края и, в частности, к истории местной книги, можно довести начатое дело до конца.

Но что такое репертуар, для чего он нужен, какими источниками пользоваться, чтобы его пополнять, какими критериями отбора руководствоваться? В 1992 г. пермская книга отмечала свое двухсотлетие. Вскоре после того, как небольшой поселок Егошихинского завода был преобразован в город Пермь — центр огромного наместничества (позднее губернии), здесь была образована типография, сразу же приступившая к печатанию книг. С тех пор книгоиздание в губернии практически не прекращалось, росло, развивалось, охватив уездные и даже «заштатные» города, селения, заводы. Перед началом первой мировой войны в губернии издавалось до 500 названий книг и брошюр ежегодно самой разнообразной тематики и видов изданий: печатались справочники, учебники, научные монографии, производственные издания, художественная литература…

Однако до недавнего времени ни у кого не было представления, что пермских книг печаталось так много. На слуху постоянно было десятка два наиболее популярных изданий. Несколько сотен числилось в каталоге местной печати областной библиотеки имени А. М. Горького. Оказалось, что пермских книг только до революции было издано несколько тысяч (цифра постоянно меняется и уточняется, ибо почти ежедневно обнаруживаются все новые и новые издания). Многие сотни изданий, сохранившиеся до наших дней в достаточном числе экземпляров, почти недвижимо лежали в хранилищах крупнейших уральских библиотек.

Другие, давно став раритетами, были украшениями библиотек далеко за пределами Прикамья. Это, прежде всего, относится к первопечатным пермским книгам. Однако очень многие местные издания вообще не дошли до наших дней, хотя былое их существование подтверждается известными указателями, печатными каталогами библиотек, описаниями личных собраний и другими достоверными источниками. Но сколько изданий кануло в Лету! И с каждым годом невосполнимых потерь становится все больше. Провинциальные издания обычно сохранялись хуже всего. Во-первых, потому, что выходили небольшими тиражами. Во-вторых, считались изданиями не первого сорта. В-третьих, создавали иллюзию изобилия, благодаря тому что распространялись на ограниченной территории. Поэтому местными изданиями не очень-то дорожили, особенно в личных библиотеках, не передавали из поколения в поколение. Беда усугубляется тем, что далеко не все провинциальные издания доходили до центра, в частности, до крупнейших столичных библиотек. Цензурные комитеты находились за тысячи километров от Урала; возить туда издания, чтобы получить разрешение на выход в свет, было и долго, и накладно, и хлопотно. Поэтому вопреки установленным правилам их подписывал в печать кто-либо из местной администрации или из ведомства просвещения. В результате сведения о них можно найти сегодня лишь на местах. Эти издания не были отражены важнейшими указателями, и даже «Книжная летопись», начавшая выходить с 1907 г., порою не включала и половины пермских изданий.

Итак, репертуар — это список всех изданий с возможно более полными библиографическими описаниями, расположенными в определенной последовательности. Наиболее приемлемый способ расположения материала в нашем случае — хронологический. Он дает возможность проследить становление и эволюцию пермского книгоиздания. Внутри годов книги представлены в алфавите авторов и названий. В виду очень большого репертуара книги в данном выпуске даны только за дореволюционный период, хотя материал собран вплоть до 1990-х гг.

Библиографические описания отличаются по полноте представленных элементов: то не указана типография, то издающая организация, то нет количества страниц… Объясняется это тем, что очень многие книги не были просмотрены de visu — у составителя не дошли до этого руки, либо книгу невозможно найти. Впрочем, иногда необходимых сведений обнаружить не удается, даже когда держишь книгу в руках — они просто не указаны.

По каким источникам удалось обнаружить издания, вошедшие в наш репертуар? Основой стал каталог местной печати областной библиотеки имени А. М. Горького, хотя, как уже говорилось выше, он изобилует многочисленными лакунами. Пополнили эти сведения другие каталоги (систематический, алфавитный), причем не только областной библиотеки, но и других, например, библиотеки краеведческого музея. До революции в Перми издавались печатные каталоги библиотек, книжных магазинов, складов. Они дали несколько пропущенных ранее изданий. Хороший результат дал просмотр описей личных собраний крупнейших знатоков края, как опубликованных, так и хранящихся в архивах, например, Д. Н. Мамина-Сибиряка, Н. К. Чупина. Хотя в XIX в. книжная статистика в России велась нерегулярно и бессистемно, кое-что дала и она. Одним из важнейших источников сведений стали центральные и местные библиографические указатели, текущие и ретроспективные. Несколько изданий дополнили прикнижные списки литературы крупнейших уральских исследований. Ценный источник сведений — периодика (в нашем случае дореволюционная), где можно встретить и сообщения о выходящих книгах, и списки новинок, и рекламу на некоторые издания… Можно использовать мемуары известных знатоков края, их эпистолярное наследие и другие источники.

Что вошло в репертуар? В основном книги и брошюры, печатные и литографированные (последних очень много). Большой интерес для репертуара местной книги представляют листовые издания (объем менее 5 страниц), хотя репертуар русской книги включает их лишь в особых случаях. Пермские издания были почти всегда безгонорарными, и пермским авторам логичнее было быть немногословными, особенно когда издание предпринималось за их счет. Поэтому весьма ценные труды объемом в 2-4 страницы — явление весьма распространенное. Но порою бывают очень интересными и одностраничные публикации: планы городов, заводов, карты, ноты… На первом этапе составитель не обращал на них внимания, поэтому здесь есть очень большие пробелы. Но и включая подобные листки в репертуар, надо действовать очень тщательно: учитывать многоразовость пользования и общественную их значимость.

Сложный вопрос — место выхода в свет того или иного издания. Наш критерий: неважно, где книга напечатана и даже не очень важно, где она написана, главное, где рукопись подготовлена к изданию. Поскольку полиграфическая база Пермской губернии довольно долго была не очень высокого уровня, особо ценные издания печатали в столицах или типографиях других крупных городов. Например, знаменитые «Пермские сборники», подготовленные Д. Д. Смышляевым и группой его друзей, печатались в Москве, отчего они не стали московскими изданиями, отнюдь. Иногда типографиями соседей пользовались потому, что до них было ближе, чем до губернского центра, или цены там были ниже, а сроки изготовления короче. Так, жители Осы и Оханска, пока у них не появились свои типографии, печатали книги в Сарапуле, соликамцы — в Вятке, красноуфимцы — в Казани и т. д. Конечно, к книгам нужно подходить дифференцированно, необходимо хорошо знать историю подготовки каждой.

Есть много и других спорных вопросов. Мы отнесли к книгам и такие издания, «книжность» которых оспаривается многими исследователями. Поскольку до сих пор нет единого, всеми признанного, четкого и точного определения понятия «книга», подобные разночтения неминуемы. Имеются в виду разного рода «Списки», «Сметы», «Протоколы», «Отчеты», «Инструкции», «Таксы» и прочее. Это деловой, практический, часто плохо обработанный редакторски или вообще сырой материал, внешне оформленный вполне «книжно», иногда даже щеголевато, и имеющий самый разный объем, порою доходящий до 2000 страниц. В 1880-е гг., например, подобные издания составляли почти 65% всей издательской продукции. Как мы обедним картину пермского книгоиздания, если откажемся от них, представляющих сегодня огромный интерес для многих категорий читателей.

Нам казалось необходимым учитывать перепечатки статей из периодических и продолжающихся изданий, выпущенных в виде брошюр. Изготовление оттисков было очень распространенным явлением в российском книгоиздании. Практикуется оно и сейчас. Но одно дело, когда оттиск полностью передает формат, верстку, пагинацию издания, откуда он был взят (это действительно ОТТИСК), другое дело — брошюры, повторяющие текст газетной или журнальной статьи, но заново сверстанные и оформленные. Повторяем, таких уязвимых моментов в репертуаре очень много. Но в каждом конкретном случае включение тех или иных изданий кажется нам оправданным.

Что мы не включили в наш репертуар? Не вошли в наш список рукописные издания, а также нелегальная литература, независимо от способа изготовления — это объекты самостоятельного, очень кропотливого изучения и собирания.

Остались за границами репертуара периодические и продолжающиеся издания — они достаточно полно учтены в специальных библиографических указателях.

Не учитывались многие изоиздания, например, открытки, постеры, наглядные пособия и т. п. В основном потому, что крайне затруднительно собирать сведения о них. Не включались также: документация, не имеющая формы законченного печатного издания (счетные книги, школьные дневники, бланки и др.); издания сугубо прагматического характера (этикетки, ценники, ресторанные меню…); издания персонального назначения (поздравительные адреса, визитные карточки, благодарственные письма и т. д.); издательская продукция одноразового пользования (пригласительные и входные билеты, программы мероприятий). Хотя, конечно, все перечисленное может быть объектом коллекционирования, изучения, пропаганды.

Таким образом, составился репертуар, только за дореволюционный период включающий несколько тысяч названий (как уже говорилось выше, цифра постоянно уточняется, меняется).

Для чего же нужен данный репертуар? Трудно переоценить его значение, как в теоретическом, так и в практическом плане. Как писал известный книговед и литературовед С. А. Рейсер, «подлинное знание национальной культуры невозможно без ясного и точного представления о книжных богатствах страны. Печатная продукция — самый яркий выразитель достижений нации в ходе ее исторического развития.» (см.: Рейсер С. А. Об источниках русской книжной статистики // Сов. библиогр. — 1946.- Вып. 1. — С. 75.) В настоящее время на основе каталогов нескольких крупнейших библиотек страны создается сводный каталог русской книги. Но в этих библиотеках нет и половины провинциальных изданий — их можно найти только на местах.

Интерес к местному книгоизданию, игнорируемый ранее, начал проявляться с конца 1950-х гг., но особенно активно — в 1970-1980-е гг., когда в разных городах страны стали выходить труды, посвященные местному книжному делу. Однако в основе этих исследований не лежали воссозданные репертуары местной книги, поэтому получились они неглубокими, фрагментарными, ибо история книги — это, прежде всего история книжного репертуара.

Но книжный репертуар рассказывает не только о местном книгоиздании — он дает представление о социальной, экономической, культурной жизни края. Например, один только перечень земских изданий скажет больше о деятельности земства в области сельского хозяйства, здравоохранения, народного образования, чем иные солидные монографии и статьи.

Старая книга — источник богатейших сведений для специалистов разного профиля, краеведов, исследователей, учащихся, студентов… Воссозданный репертуар может вернуть на стол современного читателя забытые книги, а с ними введет в научный и практический оборот утраченные полезные сведения.

Как показывает опыт работы библиотек, процент выдачи местных изданий, особенно дореволюционных, невелик. Причина прежде всего кроется в том, что эти издания совершенно неизвестны не только читателям, но и библиотекарям. Можно ли пропагандировать то, о существовании чего даже не подозреваешь?

Воссозданный репертуар местной книги сможет очень много дать библиотекам — областным, университетским и др., — поскольку вооружит библиотекарей знаниями книжных богатств края, поставит на более высокую ступень справочную и методическую работу библиотек; поможет им рекомплектовать (от термина «реконструктивное комплектование») фонды недостающими краевыми изданиями; определит пути поиска редких, ценных, а также утраченных изданий; обратит внимание на раритеты, будет способствовать их сохранности (создание особых условий хранения, факсимильное воспроизведение и т. д.; обновит формы пропаганды краевой книги, формы индивидуальной и массовой работы с нею.

Не только библиотекам нужен данный репертуар. Он станет ценным пособием для книжной торговли, в большей степени букинистической и антикварной, и особенно со временем, когда обогатится пометами о количестве сохранившихся экземпляров, месте их нахождения и проч. Репертуар поможет определить место и роль современного провинциального книгоиздания в книгоиздании страны, понять традиции и новаторство современного книжного дела. У старого местного книгоиздания есть чему поучиться книгоизданию современному: что-то можно возродить на новом уровне, что-то переиздать, какие-то неосуществленные проекты воплотить в жизнь.

Много даст репертуар и для провинциальных краеведческих музеев, для музеев литературных, для книголюбов и библиофилов, для краеведов и лекторов, для преподавателей и учащихся… Воссозданный репертуар повысит интерес массового читателя к истории края, к истории его культуры, будет способствовать воспитанию чувств истинного патриотизма, чего нам сегодня крайне не хватает.

Составитель благодарит Российскую национальную библиотеку Санкт-Петербурга, Пермскую областную библиотеку за постоянную помощь при работе над репертуаром. Неоценимыми были теоретические и практические советы крупнейшего книговеда страны, кандидата исторических наук И. И. Фроловой, (Санкт-Петербург), библиофила, писателя Ю. М. Курочкина и др. Очень много помогал практически пермский краевед Л. В. Куколев. И, конечно, работу невозможно было бы выполнить в данном объеме без посильной помощи студентов библиотечного факультета Пермского государственного института искусств и культуры, членов научного студенческого кружка по истории книги, в разные годы этот вуз закончивших и работающих сегодня в библиотеках Пермской и соседних областей. Это прежде всего С. Пикулева, А. Костина, Н. Юшкова, С. Селезнева, С. Литвиненко, Н. Захарова, М. Грачева, Н. Новичкова, Т. Белоглазова, Н. Лызова, Т. Вахрушева, О. Заботина, Г. Ковыляева, С. Аверкиева, Л. Каркунова, А. Константинова и многие другие.

Составитель надеется, что с публикацией первой редакции репертуара у него появится много добровольных и эффективных соавторов, и труд будет наконец-то завершен.

Источник: Аверина Н.Ф. История пермской книги: Электронное издание. – Пермь,2001. =RAR=