Мельчакова О.А. Скромная профессия

«Иди, Верунька, на фронт. Ты живая, ловкая – спасешься», – говорил отец младшей дочери. Что думал он, сам военный моряк Балтийского флота, в то время? Предвидел, что вместе с женой погибнет от голода под Ленинградом? Или верил в быструю победу над врагом, ведь было это осенью 1941? Или готов был отдать Родине самое дорогое? В 1941 году в первом же бою погиб восемнадцатилетний сын Веня.

И семнадцатилетняя Верочка Голубкова пошла добровольцем на фронт. Окончила курсы оказания первой медицинской помощи. Служила под Ленинградом. Кроме тягот военной службы, приходилось переносить и голод.

В марте 1944 года полковник 63-й гвардейской стрелковой дивизии Шерстнев, готовясь в наступление, объявил: «Мне нужны санитары и парикмахеры. Шаг вперед». И Верочка сделала этот отчаянный шаг: оказалась в наступлении. Пригодилась профессия парикмахера, полученная в довоенном Ленинграде. В составе 63-й гвардейской дивизии прошла Эстонию, Латвию, Польшу. «В боях не участвовала, – рассказывает Вера Сергеевна, – перевязывала раненых, помню «языка» немецкого перевязывать пришлось, а в перерывах между боями стригла и брила солдат и офицеров в блиндажах, на пенечках – как придется».

Было страшно. Видела и кровь, и смерть. Но не было паники, отчаяния. Молодые были и сильно верили в наше правое дело. Относилась к бойцам с женской заботой, ведь им идти в бой. Солдаты и офицеры относились к бойцу в юбке с почтением и нежностью. Кто ножницы поточит, кто подарок сделает. А подарок – то, что нужнее всего для фронтового парикмахера, – самодельная бритва.

В дивизии и любимого встретила – отчаянного разведчика Василия Кирпиченко. Так и говорит Вера Сергеевна: «Храбростью покорил!». С гордостью рассказывает Вера Сергеевна о наградах Василия Максимовича: «Первую «За отвагу», за Финскую войну, получил из рук М. Калинина». Дальше перечисляет: «За боевые заслуги», ордена Красной Звезды, Красного Знамени… – герой был».

Боевых наград у Веры Сергеевны нет. Откуда им взяться у скромного парикмахера? А вот юбилейные – все на грудь не помещаются. «В моем возрасте, – смеется Вера Сергеевна, – они тяжелее стали, все не одеваю, только самые памятные для ленинградки – в честь обороны Ленинграда».

Демобилизовалась B.C. Кирпиченко (Голубкова) в феврале 1945 года. Из Польши приехала в родной Ленинград, родила сына. Муж за ними после Победы приехал. А в Пермь с семьей в 1954 году приехала и работала парикмахером.

Лидия Ивановна Королева (Гусева) тоже парикмахер. Начала работать в городе Молотове (Перми) в годы Великой Отечественной войны.

В сентябре 1941 г. отец ушел на фронт, и этой же зимой погиб. На двоих Лиде с братом за отца назначили пенсию 14 рублей. В 1942 г. пошла работать. На территории кондитерской фабрики по Коммунистической улице базировался эвакуированный завод из Ленинграда. Устроилась в автоматно-револьверный цех на обрубочный станок. Обучение давалось тяжело, все пальцы были поранены. Через сверстников узнала, что нужны парикмахеры. Учениками были четыре месяца, вначале учились движению рук без инструмента, садились рядом с мастером, имитировали движения, не у всех руки подходили; затем работали с инструментом. Перешла работать на речной вокзал и проработала там с 1943 по 1956 г.

Лидия Ивановна рассказывает: «Во время войны на вокзалах было очень много народа, и много работы у парикмахеров. Парикмахерская работала круглые сутки, мы работали по 10-12 часов. На пароходах привозили раненых, на носилках разгружали в зал ожидания, мы, стоя на коленях и ползая по полу, стригли и брили их. Посылали работать в госпиталях, я ходила в госпиталь на ул. Горького. Нормы на продукты были самыми минимальными, получали по 400 граммов хлеба, другими продуктами не отоваривали. Немного спасал свой огород. Корову съели. Висела высушенная коровья шкура, потом съели и ее: палили и вываривали, получалось что-то вроде холодца, помню, что казалось вкусным. Были молодые, в здании речного вокзала проводились танцы. Я любила танцевать и хорошо танцевала. Зимой 1943-1944 г. отправили на лесозаготовки в Ляды. Мы втроем должны были пилить в лесу ели, обрубать сучья, распиливать стволы на чурки. Были установлены нормы, но мы их выполнить не могли, нас ругали, грозились отдать под суд. Перевели на скатывание бревен на реке, но и эта работа была не легче. Однажды чуть не погибли от покатившихся бревен. Кормили мороженой капустой: суп – из капусты, на второе – отваренная капуста и пирог – из капусты. Рабочая карточка все же посытнее карточки служащей. В День Победы в 1945 г. на вокзале все радовались, обнимали друг друга, невероятно прыгали, трясли друг друга».

Воспоминания B.C. Кирпиченко и Л.И. Королевой приняты на вечное хранение в архив города Перми. Обе женщины проработали в тресте парикмахерского хозяйства г. Перми всю свою трудовую жизнь. Всю жизнь стремились делать людей красивыми, и сами удивительно красивы своим душевным теплом.

Признаюсь, для меня, архивиста с многолетним стажем, было откровением, что в действующей армии на передовой линии фронта были свои парикмахеры.

Неожиданными оказались архивные сведения, что в г. Молотове (Перми) в годы войны парикмахерские работали с 7 часов утра до 3-х часов ночи, а на вокзалах круглые сутки, что часто после работы парикмахеры шли в госпитали, направлялись на заготовки дров, на сельскохозяйственные работы, на строительство железнодорожных путей. Часто работали в выходные дни, перечисляя средства на подарки бойцам Красной Армии, в помощь семьям фронтовиков и собирали средства на создание танковой колонны.

Вот тебе и скромная профессия парикмахера.

Опубликовано:
Нам судьбу России доверяли, и мы не подвели.
– Пермь, 2007. – С. 63-64.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *